Вопрос: Производственный кооператив признан банкротом. Возможно ли наложить субсидиарную ответственность исключительно на председателя кооператива и правление, если в уставе данный вопрос не регулируется?
Ответ: Наложить субсидиарную ответственность исключительно на председателя кооператива и его правление возможно в случае, если будет доказано причинение его противоправными действиями вреда этому юридическому лицу и его кредиторам.
Обоснование: Субсидиарная ответственность является правом взыскать недополученный долг с контролирующих должника лиц, если организация-должник не в состоянии погасить существующие обязательства. Наличие оснований для ее применения за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве с 30.07.2017 устанавливает ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон N 127-ФЗ), а до указанной даты — п. 2 ст. 10 Закона N 127-ФЗ (п. п. 3, 14 ст. 1, п. 1 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»).
К контролирующим должника лицам, в частности, относятся руководитель и член исполнительного органа организации-должника, который был им не более трех лет, предшествующих возникновению признаков банкротства (п. 1, пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона N 127-ФЗ). При нарушении обязанности по подаче заявления должника о банкротстве несколькими контролирующими должника лицами эти лица отвечают солидарно (п. 1 ст. 61.12 Закона N 127-ФЗ).
Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (п. 1 ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ).
Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и неподачей заявления должника о банкротстве лежит на привлекаемом к ответственности лице/лицах (абз. 2 п. 2 ст. 61.12 Закона N 127-ФЗ). Тем самым установлена презумпция виновности контролирующего должника лица, которое обязано доказать отсутствие связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.
Арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к такой ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность организации (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря представленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в пп. 2, 3 п. 4 ст. 61.10 Закона N 127-ФЗ, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица (п. 9 ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ).
Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (п. 10 ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ).
По смыслу названных положений Закона N 127-ФЗ необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).
Данная правовая позиция разъяснена в Определении Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу N 302-ЭС14-1472.
Между тем в соответствии с абз. 3 п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует иметь в виду, что положения, предусмотренные абз. 2 п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса РФ, не применяются в отношении производственного кооператива, члены которого несут по обязательствам кооператива субсидиарную ответственность в размерах и в порядке, предусмотренных законом о производственных кооперативах и уставом кооператива (п. 2 ст. 106.1 ГК РФ).
Отметим, что в настоящее время в процессе реформирования ГК РФ вышеуказанная норма (абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ) была исключена из ст. 56 ГК РФ (см. п. 11 ст. 1 Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации», вступившего в силу с 01.09.2014) как излишняя, поскольку специальные основания привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, предусмотрены в ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ.
Вместе с тем считаем, что исключение из ГК РФ соответствующей нормы не влияет на особенности рассмотрения данной категории дел.
В силу особенностей правового статуса производственного кооператива его члены несут по обязательствам кооператива субсидиарную ответственность своим личным имуществом в размерах и в порядке, предусмотренных законом о производственных кооперативах и уставом кооператива (п. 2 ст. 106.1 ГК РФ).
В свою очередь, согласно п. 1 ст. 13 Федерального закона от 08.05.1996 N 41-ФЗ «О производственных кооперативах» кооператив отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему на праве собственности имуществом. Субсидиарная (дополнительная) ответственность членов кооператива по обязательствам кооператива определяется в порядке, предусмотренном уставом кооператива.
В данном случае уставом производственного кооператива вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности членов кооператива, его председателя и правления не регулируется.
При таких обстоятельствах следует признать невозможным наложить субсидиарную ответственность исключительно на председателя кооператива и правление (Постановления Арбитражного суда Уральского округа от 21.11.2016 по делу N А60-10573/2010, ФАС Центрального округа от 18.11.2011 по делу N А14-1064/2010/32/29 (Определением ВАС РФ от 15.03.2012 N ВАС-487/12 отказано в передаче дела N А14-1064/2010/32/29 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного Постановления)).
В то же время возможность применения гражданско-правовой ответственности председателя и правления кооператива не исключается в случае причинения их противоправными действиями вреда этому юридическому лицу и его кредиторам.
Так, согласно п. 1 ст. 106.4 ГК РФ исполнительными органами кооператива являются правление и (или) его председатель. В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).
Согласно п. п. 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Также данные положения касаются членов коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.
Согласно разъяснениям п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее — Постановление N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган — директор, генеральный директор и так далее, временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и тому подобное; члены коллегиального органа юридического лица — члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и тому подобное; далее — директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.
В пп. 3 и 5 п. 2 Постановления N 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-однодневкой и т.п.).
При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.
В пп. 1 и 3 п. 3 Постановления N 62 разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).
В силу разъяснений, изложенных в п. 4 Постановления N 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.
Кроме того, в силу разъяснений п. 7 Постановления N 62 не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.
Данная правовая позиция разъяснена в Определении Верховного Суда РФ по делу N 302-ЭС14-1472.
Учитывая изложенное, при наличии доказательств противоправного поведения председателя кооператива и его правления и неблагоприятных последствий для кредиторов и должника возможны привлечение последних к ответственности и взыскание убытков (Постановление Арбитражного суда Уральского округа по делу N А60-10573/2010).
Л.В. Попова
АКГ «Панацея ПРОФ»
07.03.2018
