Вопрос: Может ли в качестве эквивалента при расчете размера денежного обязательства использоваться криптовалюта? Если да, то как может быть определен ее курс?
Ответ: Да, по нашему мнению, криптовалюта может использоваться для определения размера денежного обязательства. В то же время в связи с высокой волатильностью и отсутствием правового регулирования более предпочтительным является использование обычной валюты.
Обоснование: В п. 2 ст. 317 Гражданского кодекса РФ указано на право сторон договора включить в него условие о том, что денежное обязательство в нем подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах.
При этом закрытого перечня таких условных единиц, которые могут быть использованы в качестве эквивалента при определении размера денежного обязательства, закон не содержит. Участники гражданского оборота вправе заключить между собой любой гражданско-правовой договор, не противоречащий закону, в силу п. 1 ст. 1, пп. 1 п. 1 ст. 8 и ст. 421 ГК РФ.
В настоящее время законодательно статус криптовалюты и условия ее оборота не определены. С точки зрения действующего российского законодательства криптовалюта представляет собой денежный суррогат, выпуск которого на территории страны запрещается в силу ст. 27 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».
Вместе с тем на практике криптовалюта имеет очевидную имущественную ценность за счет признания ее участниками сетевого сообщества в цифровой среде и активного использования для целей накопления капитала и проведения расчетных операций. По требованиям, связанным с криптовалютой, судебная защита в настоящее время не предоставляется, однако ее можно включить в конкурсную массу должника, в отношении которого возбуждено дело о банкротстве. Такая возможность подтверждается судебной практикой (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2018 N 09АП-16416/2018).
Следует отметить, что действующее законодательство РФ не предусматривает специального регулирования отношений, связанных с использованием криптовалюты, однако прямо не исключает возможность ее учета как эквивалента при определении размера денежного обязательства в договоре. В этом случае участниками сделки криптовалюта используется не как объект гражданского оборота, а именно как эквивалент при определении размера денежного обязательства, которое исполняется в рублях, что само по себе не противоречит закону.
Подтверждение данного вывода можно найти в судебной практике: в Решении Арбитражного суда г. Москвы от 30.07.2018 по делу N А40-85418/18-580651 сделан вывод о том, что закон не содержит прямого запрета на использование криптовалюты в качестве ориентира для расчета стоимости исполнения денежного обязательства. В связи с этим в силу принципа свободы договора стороны вправе включить рассматриваемое условие в договор.
В приведенном деле стороны договора определили размер денежного обязательства в биткоинах, указав на то, что курс этой криптовалюты подлежал определению на основании данных специализированной торговой площадки в сети Интернет по отношению к курсу доллара США, который, в свою очередь, определялся по официальному курсу Банка России на дату платежа. В договор стороны также включили ссылку на интернет-ресурс торговой площадки, где приводились данные о курсе биткоина и других криптовалют по отношению к курсу доллара США и иным мировым валютам.
По нашему мнению, даже при поддержке в дальнейшей судебной практике такого подхода предпочтительнее использование в порядке ст. 317 ГК РФ обычной валюты с установлением валютного коридора. В этом случае размер денежного обязательства в иностранной валюте определяется по курсу Банка России на дату платежа, но не ниже определенного курса, например не ниже 65 руб. за 1 долл. США. Такое договорное условие позволит сохранить покупательскую способность рублевой суммы за счет фиксации в договоре обязанности одной стороны придерживаться границ валютного коридора.
Что касается криптовалюты, то, во-первых, ее курс является чрезмерно волатильным, а во-вторых, при отсутствии законодательного регулирования оборота этого финансового инструмента нельзя исключить риск изменения вектора развития судебной практики в неблагоприятную сторону.
06.11.2018
