Вопрос: Банк и заемщик-потребитель заключили кредитный договор, обеспечиваемый договором страхования жизни заемщика, по которому последний выступал страхователем, а банк — выгодоприобретателем. В процессе исполнения кредитного договора заемщик умер, его смерть является страховым случаем. Страховая компания и банк были уведомлены единственным наследником о наступлении страхового случая. Страховая компания не предприняла действий по выплате банку как выгодоприобретателю страхового возмещения. Банк как выгодоприобретатель за выплатой страхового возмещения в суд не обращался.
Имеет ли право единственный наследник умершего, вступивший в наследство, обратиться в суд за выплатой страхового возмещения и может ли он претендовать на взыскание со страховой компании штрафа в пользу потребителя за несвоевременное исполнение обязанности по выплате страхового возмещения?
Ответ: В ситуации, когда банк и заемщик-потребитель заключили кредитный договор, обеспечиваемый договором страхования жизни заемщика, по которому последний выступал страхователем, а банк — выгодоприобретателем, и в процессе исполнения кредитного договора заемщик умер (его смерть является страховым случаем), но страховая компания не предприняла действий по выплате банку как выгодоприобретателю страхового возмещения, а банк как выгодоприобретатель за выплатой страхового возмещения в суд не обращался, наследник вправе обратиться в суд с иском о понуждении страховой компании выплатить страховое возмещение в пользу банка как выгодоприобретателя, а также вправе требовать выплаты в свою пользу штрафа за несвоевременное исполнение обязанности по выплате страхового возмещения.
Обоснование: Согласно ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
В ст. 934 ГК РФ определено, что по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.
В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон N 2300-1) распространяет свое действие на отношения, возникающие по поводу договоров страхования.
В пп. «а» п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 указано, что правами стороны в обязательстве пользуется не только сам потребитель, но и его наследник.
Согласно п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное. При этом в соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
В п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» отмечено, что смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. Например, наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Иными словами, наследник занял как место наследодателя в кредитном договоре (как заемщик), так и место наследодателя в договоре страхования (как страхователь). Следовательно, наследник обладает всеми правами заемщика и страхователя, в том числе правами, предоставляемыми Законом N 2300-1. Тот факт, что наследодатель не являлся выгодоприобретателем, не аннулирует его право (и, следовательно, право наследников) на получение штрафа в пользу потребителя.
Поясним позицию. Согласно позиции Верховного Суда РФ, высказанной в Определении от 29.10.2013 N 8-КГ13-12, штраф в пользу потребителя имеет гражданско-правовую природу и по своей сути является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть является формой, предусмотренной законом неустойки.
Поскольку покойный являлся стороной страхового обязательства, он имел право требовать от противоположной стороны (страховой компании) его надлежащего исполнения. Данное право требования перешло к наследнику в порядке наследования. Мерой ответственности за ненадлежащее исполнение страхового обязательства является штраф в пользу потребителя, который установлен Законом N 2300-1 и в силу ст. 332 ГК РФ не может быть аннулирован соглашением сторон. Таким образом, наследник является стороной договора страхования и имеет право требовать надлежащего исполнения страхового обязательства. В случае ненадлежащего исполнения он имеет право требовать применения к недобросовестному страховщику мер гражданско-правовой ответственности, установленных законом. Такой мерой является законная неустойка, именуемая штрафом в пользу потребителя. Поскольку на наследника в порядке наследования распространяется Закон N 2300-1, именно он является тем потребителем, которому должен быть выплачен указанный штраф. Суды по указанной категории дел признают право наследников по договорам личного страхования на присуждение штрафа в пользу потребителя (Апелляционные определения Воронежского областного суда от 13.08.2013 N 33-4100, Московского городского суда от 28.08.2014 по делу N 33-27182). Нарушенное право на выплату страхового возмещения подлежит защите в судебном порядке.
Следует отметить, что существует диаметральная судебная практика, не распространяющая на наследников гарантии Закона N 2300-1, в том числе право на получение штрафа в пользу потребителя. Согласно п. 2 ст. 934 ГК РФ договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица. Положением ст. 1112 ГК РФ установлено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Взыскивая в пользу наследника штраф за отказ страховой компании удовлетворить требование о страховой выплате добровольно со ссылкой на положения п. 6 ст. 13 Закона N 2300-1, суд не учел, что наследник не является стороной договора страхования и не выступает в качестве выгодоприобретателя по этому договору. При наступлении страхового случая страховая выплата наследнику не полагалась изначально, поскольку указанная выплата должна была быть произведена только в пользу выгодоприобретателя. Невыплата страхового возмещения в пользу выгодоприобретателя не повлекла нарушения прав наследника как потребителя услуг страховой компании, и, следовательно, отсутствовали основания для взыскания в пользу наследника штрафа в пользу потребителя (Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 29.04.2015 по делу N 2-9208/2014). Обязанность перед истицей у страховой компании возникла не как перед потребителем страховой услуги, а как перед наследником (Апелляционное определение Липецкого областного суда от 10.06.2013 по делу N 33-1733/2013г.).
Полагаем, что второй подход является нежизнеспособным, поскольку полностью опровергается доводами, изложенными в рамках первого правоприменительного подхода.
Ю.В.Севастьянова
Волгоградский филиал
Российской академии народного хозяйства
и государственной службы
при Президенте Российской Федерации
17.08.2015
